«ДВИГАЕМСЯ К НОВЫМ ГОРИЗОНТАМ»

«Двигаемся к новым горизонтам»

За восемь месяцев текущего года оренбургский Завод бурового оборудования продал на 30 процентов больше буровых установок, чем в прошлом. Можно ли гордиться таким результатом? Как в целом развивается отрасль? С какими вызовами сталкивается?

Накануне Дня машиностроителя мы спросили об этом с Александра Медведева, генерального директора ЗБО.

Упор на сервис

— Мы производим буровое оборудование для добычи твердых полезных ископаемых – это золото, алмазы, различные металлы. До последнего времени в России работали единицы установок отечественного производства. Детали и сами станки завозились из Канады, Италии, Китая. Когда мы приступали к созданию своей первой установки и изучали рынок, выяснили, что единственное, чем мы можем победить импортных конкурентов – цена. То есть наши станки должны быть намного дешевле. И поэтому отделу по научным исследованиям приходилось не просто создавать новое – качественное, современное, с нуля, но еще и рассчитывая на то, чтобы это было доступно по цене. Год понадобился на то, чтобы отладить производство. Всегда возникали какие-то недочеты. Но вот последние установки сдали без единого замечания.

Первое время продавать, наверное, сложно было?

— Да, продать первую установку было непросто. Но мы знали, чего ждал заказчик, кроме низкой цены. Сервиса. Чтобы детали в случае ремонта не приходилось ждать по месяцу, как это было с импортными станками. Чтобы специалисты быстро приехали и все отремонтировали. И мы набрали сильных техников,  которые за 48 часов будут в любой точке мира, где есть наша буровая установка.

В ЗБО сильнейшая маркетинговая служба, которая прекрасно справляется со своей работой, выполняет план. Проблема с продажами в другом – в общем состоянии рынка России и стран СНГ. Он не растет. А отрасль геологоразведки в наших странах почти не расширяется. Месторождения, в которых сейчас ведется добыча, нашли еще в советское время. Новых данных практически нет. Как и понимания в целом, что если ты добыл сто миллионов меди, то и должен разведать столько же. Та же проблема и в нефте-газовой сфере. Отрасли не хватает системного подхода.

Меньше – лучше!

А что касается машиностроения. Оно смогло перестроиться на новые рельсы?

В 2000-е на это заводе бурового оборудования делали сигареты, пекли хлеб. Чтобы хоть как-то выжить. Я пришел на завод в 2003-м и вместе с партнерами мы четко решили восстановить здесь производство. Не строить рынок или торговый центр, а производить свое. Сегодня у нас на предприятии трудится 250 человек. По меркам бизнеса мы относимся к среднему. А в сфере машиностроения – к крупному. Если брать мировые стандарты. Ведь в странах, где делают самую качественную технику, нет даже таких предприятий. Максимум работает 60 человек. И они не стремятся к универсальности – делать все и сразу. Одно небольшое предприятие делает только вращатели, другое – только коронки, третье – еще что-то. Но делает лучше всех в мире. Это современный и оправдавший себя подход в машиностроении. А все наши промышленные гиганты, где меряют результат тоннами отгруженного металла, а не качеством производства, потому и остались не у дел. Нужно перестраиваться.

Ваше предприятие всегда преподносят как пример реализации программы импортозамещения. Она вообще нужна была? Эффективна?

Те, кто считают, что программы нет, просто не хотят развиваться. Вот, предположим, нужно заместить горно-шахтное оборудование. Тебе говорят – бери деньги, расти, продавай, создавай такое, чтобы у тебя это забрали. Никто не говорит – и не должен! – сделай что-то и мы у тебя купим. Поэтому проблема вовсе не в программе, а в желании расти и производить свое. Мы, например, поначалу использовали очень много импортных комплектующих. Сейчас на 70 процентов заменили либо отечественными, либо своими собственными. У нас сильнейшая служба научно-исследовательских и конструкторских работ, которая сосредоточена над поиском новых решений.

Самим бурить и добывать

— А где берете специалистов?

— Выращиваем своих. Много примеров, когда человек пришел токарем, а сейчас вырос до руководителя. Например, Юрий Бондаренко после университета пришел на станок с ЧПУ. Очень грамотный парень, постоянно вносил какие-то предложения. Сейчас стал начальником участка буровых установок. Или Степан Крио, директор по исследованиям и разработкам, пришел к нам просто технологом. И таких примеров много.

— Как государство помогает предприятию?

— Я очень благодарен нашему губернатору Юрию Бергу, который защищал интересы Завода бурового оборудования на самом высоком уровне. Даже президенту Владимиру Путину он рассказал о нас. Только при непосредственной поддержке Юрия Александровича мы получили льготный кредит на развитие под пять процентов в размере 120 миллионов рублей. Для сравнения – наш годовой оборот – 600 миллионов рублей. На эти средства мы закупили новое оборудование и будем делать более качественный российский инструмент. Смело можно говорить о том, что регион заинтересован в развитии своей промышленности.

— А какие планы на будущее у ЗБО?

— Мы решили не только поставлять буровые установки, но и добывать сами. Заказчику ведь чаще всего нужен керн – образец породы, по которому можно судить о запасах месторождения. Если, например, золота нашли один грамм на тонну, значит, это богатые запасы. Так зачем ему для этого покупать целую буровую установку? Наши специалисты со своей техникой выйдут на место, дадут точную информацию, и потом уже можно будет разрабатывать это месторождение. Кроме того, мы не отказываемся от идеи делать оборудование и для добычи нефти и газа. Так что горизонты развития есть, и мы знаем, как к ним двигаться!

 

Деловой журнал «Финансово-Экономический Бюллетень» №8(205), 2017